1941-1945 гг.

Развитие производства было системным и постоянным. Инженерная мысль работала на опережение. Но… 22 июня 1941 года буквально перевернуло мир, опрокинув нашу жизнь в абсурдное море войны. Началась Великая Отечественная война. Большая часть коксохимиков ушла на фронт. Те, кто остался, перестраивал свою работу на военный лад, выпуская продукцию, необходимую для разгрома врага, – это противотанковые зажигательные смеси, противобуксовые цепи для колес автомобилей Советской Армии. Трудящиеся завода работали не покладая рук, самоотверженно.

В начале октября немецко-фашистские полчища вторглись на Донбасскую землю. И 10 октября по приказу правительства завод был остановлен: началась эвакуация в глубь страны людей, ценностей, оборудования и машин.

Эшелоны с людьми и оборудованием шли в глубокий был больше месяца. В конце ноября эшелоны с Ново-Макеевского завода прибыли на Кузнецкий металлургический комбинат, а со Старо-Макеевского – в Кемерово.

Труд в эвакуации был тяжелым и изнурительным, и все же в эвакуации было куда лучше, чем в оккупации.

22 октября 1941 года немецко-фашистские войска заняли Макеевку. Первым делом они взялись за восстановление шахт, заводов. Их фронт тоже требовал подмоги. Они конфисковали коксохим в пользу горно-металлургического общества «Восток», главным акционером которого был Герман Геринг. Советские патриоты всячески саботировали все мероприятия оккупантов: не выходили на работу, совершали мелкие диверсии, уходили из города в ближайшие села. На это гитлеровцы отвечали жестокими мерами: застенками, угоном молодежи в Германию, расстрелами.

За 22 месяца оккупации гитлеровцы насильно угнали в Германию 15 тысяч макеевчан. Но это не работало на цели. Фашистам удалось восстановить, и то только частично, лишь одну коксовую батарею группы 110 на Старо-Макеевском заводе.

Ушедшие на фронт коксохимики доблестно сражались с врагом. Не всем им суждено было вернуться домой. На полях сражений полегло 113 коксохимиков. Их память увековечена на стеле, установленной рядом с заводоуправлением. За героизм, проявленный в годы войны, 284 члена коллектива были награждены орденами и медалями. Но это за всю войну. А в сентябре 1943 года, буквально сразу же после освобождения Макеевки, начались работы по восстановлению завода.

Через несколько дней после освобождения города приехали из Кузбасса руководители завода и первая группа инженерно-технических работников. Их глазам предстала жуткая картина – груды невосстанавливаемых развалин. Перед отступлением гитлеровское командование издало приказ: «Весь Донецкий бассейн должен быть эвакуирован в хозяйственном отношении и полностью разрушен…». И варвары постарались.

Они сожгли городской театр, лучший в стране цирк, 49 школ, 29 яслей и 44 детсада. Разрушили клубы, дворцы культуры, библиотеки, жилые дома. Фашисты устроили в городе огромный костер, в котором сожгли 30 тысяч книг библиотеки им. Горького. Сделали все, чтобы край уже не смог подняться. Теоретически.

Специально созданная фашистами комиссия вынесла вердикт: «Никогда эти разрушенные заводы никто не восстановит». Советские люди заявили: «Восстановим! Сделаем их еще лучше, чем были».

«Со всех концов страны – в поездах, пешком – люди спешили на родной, израненный врагом завод», - так описывала события городская газета «Макеевский рабочий». Если в первые дни работало 63 человека на восстановлении коксохима, то через месяц – 600.

История возрождения завода – история патриотизма советских людей.

В те дни газеты писали о выдающихся успехах бригады Дмитрия Нефедова. С десятком каменщиков он смог выполнить такое задание, на которое раньше понадобилось бы до 200 человек.

В стране все еще шла война, но уже очень сильной была вера в неизбежность победы. И это выражалось в возрождении. Словно Феникс из пепла, оживал завод. Все работы проводились вручную. На заводе не было электроэнергии. Первую электроэнергию в количестве 20 киловатт получили в октябре с завода им. Кирова. 20 киловатт – это капля в море, но больше кировчане дать не могли. Эту электроэнергию расходовали на вращение станков в механической мастерской и на помол зерна. Ведь людей нужно было чем-то кормить.

Первым делом восстановили железную дорогу. К 5 ноября 1943 года на старом заводе были восстановлены и растоплены коксовые батареи № 5 и № 6. Через пять дней – 10 ноября – печи батареи № 3, 17 ноября – печи батареи № 3, 27 ноября – печи батареи № 1.

Новый, 1944 год труженики коксохимического завода начали небывалым творческим подъемом. Советская Армия успешно продвигалась на запад, вдохновляя тыл боевыми подвигами на трудовые.

15 января 1944 года стало особенным днем – после двухлетнего перерыва был дан первый кокс. В неимоверных условиях были восстановлены, даже раньше срока, 160 коксовых печей, дробильно-дозировочное отделение, паросиловое и энергетическое хозяйство, заново построено здание машинного отделения, капитально отремонтированы шесть холодильников, восстановлено 6 километров железнодорожных путей и целый ряд других объектов.

Кроме трудовых вкладов, коксохимики внесли в приближение победы и деньги. Из восьми миллионов рублей, которые собрали трудящиеся Макеевки в фонд обороны Родины, коллектив Ново-Макеевского завода собрал 375 тысяч, а Старо-Макеевского - 350 тысяч.

Как писала городская газета «Макеевский рабочий» в середине марта 1944 года, «… на деньги, собранные трудящимися всей нашей области, построена танковая колонна «Освобожденный Донбасс».

Работы по восстановлению завода велись непрерывно. 9 марта на заводе закончили ремонт бензольного агрегата и получили первый бензол в Донбассе.

 25 апреля коксохимики подали газ мартеновским печам металлургического завода.

13 июля пущен аммиачный цех.

30 сентября закончили восстановление цеха ректификации.

День за днем в строй входили цеха и агрегаты. К 1945 году макеевские коксохимы – и старый, и новый работали на полную мощность. По количеству выпускаемой продукции завод занимал первое место в Донбассе.

Победа стала точкой отсчета нового подъема. Лозунг «Все для Победы» сменился «Дадим сверхплановую продукцию в фонд мирного строительства».

Теперь нужно было восстанавливать всю страну. Фронтовики стали возвращаться на предприятия. Работа приняла абсолютно созидательный характер.